Нормандия немам сайт ветеранов


Сайт ветеранов
18-го гвардейского Витебского дважды Краснознаменного
орденов Суворова II-й степени и Почетного Легиона
авиационного полка «Нормандия-Неман»

 

   

 

 

ДВАЖДЫ ГЕРОЙ СЕВЕРНОГО ФЛОТА

Дважды Герою Советского Союза
        Сафонову Борису Феоктистовичу
        посвящается

Ветер в небе светлый лик Героя
Высекает облачным резцом,
Он в сердца вошёл победным строем
И салютным праведным венцом.

Он был в небе Северного флота,
Где взрывною стала тишина,
И зловещим визгом самолётов
Начинала свой разбег война.

Всё, о чём с бесплодным долгим жаром
Непрерывно спорили века,
Захотела разрешить ударом
Огневая мощная рука.

В первый день войны он в небе грозном,
Над Рыбачьим встретил он врага,
Совершил атаку виртуозно,
Защитив родные берега.

Но подбитый "Хейнкель" умудрился
"Дотянуть" до поля своего,
Враг в тот день с победой распростился,
Стало ясно в небе: "Кто - кого?".
Новый бой - губа Волоковая,
Первый "Хейнкель", первый личный счёт,
И, свою Отчизну защищая,
Немцев гнал от "северных ворот".

И в дуэли у реки Титовки
Новый "Хейнкель" прочно в землю вбит,
Как этап предметной подготовки
К встрече всех "люфтваффовских" элит.

А потом "Ура - губа" предметно
Предъявила оккупантам счёт,
В ней Сафонов дрался беззаветно:
Рухнул с неба третий самолёт.

Следующий "Юнкерс" отлетался
В небе у посёлка Мурмаши,
И достиг земли, к которой рвался,
Где рассветы дивно хороши ...

Наш форпост Ваенга, всем известный,
Вызывал у немцев аппетит,
Пятый "Юнкерс" с высоты небесной
Филигранно был к земле прибит.

Маленький посёлок на Рыбачьем -
Назывался он Цып - Наволок,
"Юнкерсу" дорогу обозначил:
С высоты - в могилу на восток.

Вновь Ваенга - через две недели,
"Киттихаук" пристрелял Борис,
От свинцовой огневой метели
"Мессер" вновь освоил трассу вниз.

На реке Териберка фашисту
Обернулся горизонт петлёй,
Немец стал отчаянным "связистом" -
В Кольском небе с русскою землёй.

Кядел - Явр и Куык - Явр - озёра,
В берегах готовили кровать,
Их фашисты присмотрели скоро,
Чтоб Россию впредь не покидать.

В небе над Ваенгой - Луостари
Сбиты трое в яростных боях,
И враги узнали в том кошмаре,
Что такое: "Голова в кустах".

А назавтра "Хейнкель" приютила
Кольская земля "Ура - губа",
И опять узнала вражья сила,
Чем "красна" российская изба.

Мурманск - город "Мессершмиттов" встретил,
Так, что сбита спесь на их "крестах",
После "встречи" снова город светел,
Чистотой лазури в облаках.

Запад Урагубского простора
"Юнкерсу" последней трассой стал,
Будто сами кольские озёра
Предсказали фрицу тот финал.

Куырк - Явр и Западная Лица
Трём фашистам стали "судным днём",
Праведная кольская зарница
По делам устроила "приём".

"Мессершмитт" ушёл в полёт последний
В небе над Лопаткиной губой,
И Сафонов стал, как исповедник,
Немцу в небе, посланный судьбой.

Острову Кильдину стал "подарком"
Сбитый "Хейнкель" в день под Новый Год,
Немцам, после боя в небе жарком,
Был устроен пленный "пеший ход".

А Сафонов, проведя беседу,
Указанье дал, без лишних фраз:
Записать ведомому победу.
Делал это он не в первый раз.

Мурманск снова был отмечен в сводке,
Где фашист оставил дивный след:
"Юнкерс" там "на русской сковородке"
Выполнял прощальный пируэт.

… Помогать английскому конвою
Предписал серьёзный договор:
Караван судов походным строем
Вёз военной техники набор.

И на истребителе Сафонов
Совершил последний свой полёт,
"Юнкерсам" не делал он поклонов,
Он сбивал их над пучиной вод.

Три фашиста, с чёрным шлейфом длинным,
Растворились в Мурманской дали …
А советский "ас" летел к вершине,
Чтоб остаться в памяти Земли.

Был Сафонов самым легендарным
С первых дней жестокой той войны,
В небо поднимался он попарно,
И владел законом новизны:

"Конус" надо бить маневром снизу,
И сначала "убирать" стрелка,
Здесь альтернативы нет "сюрпризу",
И Сафонов бил наверняка.

Он всегда любил свои машины,
Лично сам системы проверял,
Потому и покорял вершины,
Что надёжен был его штурвал.

Признавал комплеты бронебойных,
Как надёжный инструмент в бою,
Брал к себе в ведомые достойных,
И любил воздушную семью.

Говорил, что половину сбитых
Он относит к техникам своим,
И в своей машине "ай - болитов"
Не заменит он никем другим.

Отдавая дань чужой машине,
Он владел познаньем знатока,
И всегда ценил врага в кабине,
Чтоб сбивать его наверняка.

Он был храбр, но не бросался сразу
В пекло боя, не продумав цель,
Упреждая огневую фазу,
Что несла свинцовая метель.

Он врага ошеломлял атакой
В те места, которые слабы,
Чтоб удар в районе бензобака
Обеспечить в ходе всей стрельбы.

Уделял особое вниманье
Воспитанью кадров молодых,
С ними вылетал он на заданья,
И радушно отмечал живых.

А тринадцать храбрых, самых смелых
Были в дни войны награждены
За святое воинское дело -
Стали все Героями страны.

Он ценил, как символ высшей пробы,
Факт взаимовыручки в бою,
И всегда подчёркивал особо
Роль друзей в маневренном строю.

В обращенье честен был и скромен,
И друзей без устали хвалил,
Был в Победу вклад его огромен,
Он же - общий труд боготворил.

По своим весомым результатам
Он был лучшим с первых дней войны,
И в Победу нашу верил свято
На полях родной голубизны.

Первый сбитый самолёт над морем -
Был его, "Сафоновский" трофей,
И второй, десятый будут вскоре
Мстить за слёзы русских матерей.

Он был первым лётчиком - Героем,
Награждённым и второй "Звездой",
Страстным героическим настроем
Защищал он дом страны родной.

Тульские посёлки, обелиски -
В них Сафонов навсегда живой,
Как великий лётчик, людям близкий,
С гордой несклонённой головой.

автор В.Г. Моисеев
9 октября 2015 г.

 

 

www.nor-neman.org
nor-neman@yandex.ru

copyright 2008

Председатель Совета ветеранов,
президент Ассоциации ветеранов
авиаполка "Нормандия-Неман"
Фетисов Анатолий Андреевич
тел. 8 (901) 526-02-61
8 (901) 526-02-63
Е-mail: avianormandie@mail.ru

Яндекс цитирования